Для некоторых тур на Бали это возможность полежать на пляже и выпить пивка. Для других шанс изменить свою жизнь и найти себя. Алексей Захаров в поисках реального Бали, скрытого за туристическими приманками.
Неоновая вывеска на главном шоссе в городе Денпасар гласит: «Добро пожаловать в рай». Но улицы кишащие мопедами и мотоциклами, да и вся столица Бали, на рай совсем не похожи. На горизонте реклама американского фаст-фуда. Кажется, что ворота рая отсюда дальше, чем от матушки России. Но стоит чуть присмотреться и между рекламными щитами увидеть пик вулкана Гунунг-Агунг, который называют осью мира и центром мироздания, а на обочине шоссе разглядеть странные статуи: чучела индуистских богов и демонов. Это признак того, что есть другой Бали, который скрыт пока за пестрой шеренгой баров с гамбургерами.
Я прилетел сюда, чтобы увидеть именно такое Бали, чтобы прикоснуться к его тайнам. Кто-то мне сказал, что тур на Бали способен изменить мою жизнь. Хотя это место и рекламируют как остров Богов, первые впечатления могут быть заметно ниже ожидаемых. Оживленные пляжи курорта Кута кишат соколиками-серфингистами и полуголыми загорающими телами. Джимбаран находиться в живописной защищенный бухте, по берегам который выстроились рестораны с морепродуктами. Этот курорт облюбовали пары для медового месяца. Но для большинства туристов остров Бали это просто участок пляжа и шезлонг. И я знал о том, что тайны Бали необходимо постигать, отправившись вглубь острова.
Европейские художники, которые обосновались здесь между двумя мировыми войнами, а также их друзья и поклонники, которые следовали за ними, думали, что обнаружили на Бали тропическую нирвану. Художники неистово рисовали картины острова, чтобы забрать с собой кусочек рая.
Позже жизнь изменилась на Бали. Этот остров стал основным туристическим направлением в Юго-Восточной Азии, но, несмотря на то, что большинство курортов предлагают лишь европейский комфорт с налетом местного колорита, почему-то старая мистика осталась неразгаданной.
Признаюсь, что приобрел тур на Бали не ради нескольких сортов пива и загара. Я изначально был заинтригован страстными рассказами друзей о Бали и вопросом о том, как этот маленький остров посреди океана может повлиять на мою жизнь.
И только когда мы выехали из Денпасара, я понял, прекрасным делают остров Бали не пляжи, а его ландшафт. Пальмы вдоль побережья, рисовые поля в южной части острова, окрашенные в изумрудный цвет; деревни утопающие в цветах. В любом другом месте, я бы с удовольствием сидел сложа руки и любовался пейзажем, но здесь хочется подойти ближе, остановиться и потрогать руками. Даже в самых маленьких деревнях есть святыни и храмы, щедро украшенные яркими флагами и зонтами: желтыми на западной стороне улицы, белыми на востоке.
Когда 500 лет назад ислам был навязан жителям Индонезии в качестве основной религии, остров Бали остался единственным местом, где индуизм выжил. Сегодня это анклав индуистской культуры в крупнейшей мусульманской стране мира. Его сложные обряды и ритуалы отражаются в каждом аспекте повседневной жизни балийцев.
Придорожные святыни замусорены подношениями бесчисленным богам – горстью риса на банановом листе или веточкой цветов. Скульптурные божества, охраняющие ворота храма обуты в пестрые саронги как и люди, пришедшие в храм, который является не только местом для молитвы, но и центром общественной жизни, где встречаются, чтобы что-то обсудить или отпраздновать какое-либо событие. При всем при этом, религиозность не гнетущая, а наполнена праздниками и торжествами, настолько обильно, что трудно удержаться от соблазна в них поучаствовать, даже если духовно далек от религии.
Я оказался на восточном побережье, в приморском городе Кандидаса, который показался мне менее сонливым, в отличие от больших курортов на юге Бали. Человек из моего отеля согласился показать мне окрестности. Представился он Вайаном, пояснив, что имя означает «первенец». Позже я узнал, что много людей на Бали называются Вайанами. Когда я спросил его, где он родился, он ответил: «между бананами и кокосовыми пальмами». Когда мы подъезжали к окраине города я увидел орды голодных макак, которые попрошайничали на обочине дороги. Вайан сказал, что раньше они никогда не рисковали приближаться так близко к городу. Всему виной сезон дождей, который наступил раньше срока, и в лесах не выросло достаточно фруктов для обезьян. Мы оставили машину, и пошли напрямик через лес. Остановились на поляне перекусить. Мы ели пищу, которую Вайан купил в то утро на местном рынке: жареный тофу в арахисовом соусе, завернутый в кокосовые листья (тофа – это соевый творог). Вайан нашел святое дерево и оставил скромное подношение под его ветвями. И я понял, что религия на Бали это не просто состояние души, это образ жизни. Подкрепившись, мы пошли дальше по узкой тропинке сквозь густую листву.
Наконец, мы поднялись на открытый склон холма, и лес остался далеко внизу. «Эта прогулка напоминает мне о моем детстве», - сказал Вайан. Его отец выращивал на ферме арахис на этих крутых склонах, а у маленького Вайана была обязанность отгонять обезьян, чтобы не воровали урожай. Но теперь больше денег платят в сфере туризма и террасы на ферме отца зарастают бурьяном. Как и многие балийцы Вайан опасается будущего и с грустью вспоминает о прошлом. У него было счастливое детство здесь, хотя иногда не хватало продуктов, чтобы поесть.
Из Кандидаса я отправился в Убуд, который называют культурной столицей Бали. В мощеном дворике ресторана, прячась от полуденного солнца, я наблюдал, как с полдюжины местных девушек практикуются в исполнении танца Легонг. Было заметно, что учатся они этому уже не первый день. Я любовался их грациозными движениями и невольно думал о прекрасном и вечном.
К сожалению, не все в Убуде является столь философски вневременным и возвышенным как этот танец юных красавиц. Этот город не возник в результате экономического подъема из ничего, он был на Бали задолго до того, как здесь появились колонизаторы с Запада, неся «просвещение».
Безусловно, главная улица Убуда выстлана модными галереями, опутана западной сетью магазинов и бутиков, настоящая витрина Нового Века. Но стоит пройти несколько сот метров от центра города и увидеть, как мужчины пашут рисовые поля на буйволах. Коммерциализация неглубоко въелась в тело Бали. Нигде, кроме Афганистана, я не видел такую тонкую грань между прошлым и будущим.
Местный гид предложил мне прогулку по этим рисовым полям и деревушкам близ Убуда. «Жизнь фермера меняется, нет ни риса, ни жизни» – сказал он мне. Вздохнув, продолжил: «Эти фермеры раньше собирали два урожая местного риса в год. Теперь завезли гибридные сорта, урожай собирают три раза в год, но качество риса плохое и его стало меньше». «Население становится все больше, а пищи становится все меньше», сделал вывод он.
К счастью, есть одна вещь, на Бали, которая никогда не изменится – это духовные картины деревенской жизни. В тот вечер, в одном из храмов должна была состояться одна из крупнейших церемоний в году, и он любезно пригласил меня с собой. В таком туристическом центре, как Убуд, есть много мероприятий, организованных только для туристов, и я подумал, что это может быть одно из них. Но когда я приехал в храм мои сомнения развеялись. В храме я оказался единственным туристом, обутым в саронги. Местные жители не обратили на меня внимание.
Улица перед храмом была заполнена людьми, от беззубых стариков до детей ясельного возраста, вся деревня была здесь. Женщины в белых платьях встали в длинную очередь, с огромными пирамидами фруктов на головах. Это были подарки для богов, чтобы поблагодарить их за удачу и благодать для деревни. Мужчины после целого дня, проведенного в поле, в шелковых рубашках выглядели царственно, как князья. Теперь я смог понять, почему эти люди сохранили все свои деньги для церемоний в храме, а не потратили их на иностранные безделушки. У них не было жизненной необходимости в этих вещах. У них было все, что они хотели здесь – дома и в храме.
В конце концов, музыка зазвучала, странно ударной мелодией без ярко выраженного начала и конца. Ударные звуки гонга и тарелок были странно гипнотическими и вскоре я потерял счет времени. Затем начались танцы. Первыми начали мальчики. Вооружившись копьями, они в танце изображали свирепые сцены битвы между двумя враждующими племенами. Потом девушки танцевали Легонг (я наблюдал их уроки танцев утром). В своих длинных одеждах и великолепных головных уборах, они совершенно преобразились. Когда стемнело, танец еще продолжался в мистическом свете факелов, и казалось, что девушки своими изящными жестами зажигают в небе низкие холодные звезды.
Маленький мальчик прижался ко мне, сияя от счастья, и я понял, что самым большим сокровищем Бали является его народ. Нежная и мягкая сила этого сообщества действительно способна изменить жизнь. Она заставляет нас учиться у них. Она заставляет нас осознать, как много мы потеряли. Они живут вместе. Они все делают вместе. Они разделяют все горести и радости друг с другом. Это специальное родство, которое делает их быт теплым и уютным. Вот почему они умеют лечить чужие душевные раны, как старые друзья.
Мой тур на Бали подходил к концу и последние дни я провел в уединенном отеле близ Убуда под названием Alila Hotel Ubud. В этом спокойном месте близ Убуда, с видом на ущелье горной реки Ayung River я привел свои мысли в порядок.
С шеф-поваром из отеля я пошел на местный рынок, где мы купили свежие пряности: чеснок, имбирь, куркуму. Затем мы сделали вместе обед и съели его на террасе над горным ущельем. Выпив, послеобеденную чашку чая, я спросил его: «Как старые традиции на Бали смогли выжить под тяжестью разношерстных нравов нескольких миллионов отдыхающих в год?»
Он улыбнулся и молвил: «Ключевым для нас является семья, если семья остается сильной, то и нация будет сильной». До того как я приехал сюда, моя вера в жизнь, мой оптимизм были обречены. Но спустя неделю на этом острове в Индонезии, я решил, что не поздно все начать сначала, дать жизни еще один шанс.
Конечно, Бали это далеко не рай, и он, вероятно, здесь никогда и не был. У большинства балийцев тяжелая жизнь, многие из них бедны. Но, несмотря на эти трудности, они создали однозначно яркую и с открытой душой культуру. Может быть, через 50 лет весь остров будет похож на распутный курорт Кута? Ускорит ли всепожирающий западный капитализм его кончину? Но смею надеяться, что балийцы выстоят, сохранив свою культуру. Мой первоначальный цинизм улетучился. Я покидал этот остров, заново родившись, окрыленным и полный надежд.
Автор Алексей Захаров
Вам понравилась наша статья? Тогда Подпишитесь на обновления по RSS !
По всем вопросам отдыха в Индонезии и на острове Бали звоните по тел (495) 720-48-52, (499) 686-00-18 или пишите по e-mail: info@mysteryclub.ru